Оркус побежал разбираться, а я даже не шевельнулся: у меня сегодня начинаются тяжёлые трудовые будни.

После завтрака мы с Ликой и корзиной раствора отправились лепить алхимическую посуду... Дистиллятор, или, по-другому, самогонный аппарат, я сделал достаточно быстро. Принцип работы я знал, да и видел не раз разные модели. Только пришлось повозиться со змеевиком... Я взял кусок толстого вьюна, обмазал раствором, а потом укреплял, сгибая в нужную сторону. Потом изделие отправилось в костёр, чтобы выгорел вьюн. А после того, как все изделия были готовы, соединил мягкой, как пластилин, глиной и укрепил.

Схожим способом смастерил и остальную алхимическую посуду. Флаконы для продажи укрепил совсем чуть-чуть, и даже маг с моими способностями не обратит внимание, что применялась магия, подумают, что их сделал искусный гончар. Ещё разные непонятные штуки лепил из глины и укреплял по заказу Лики. Управился ещё до вечера, и после ужина приступил к топорам. Топоры походили скорее на колуны, делать их сильно острыми я не стал: побоялся, что такого лезвия надолго не хватит.

На следующее утро Оркус привёл мне синего человека... Не в том плане, что он был пьяный, а в том, что у него была кожа синего цвета. Также у него были заострённые кверху уши и военная выправка.

– Вот, познакомься, это Гир, он будет твоим главным помощником по стройке... Вернее, он будет командовать твоими помощниками, которые будут готовить раствор и всё такое... Ты будешь говорить Гиру, что тебе нужно, а он уже будет им доходчиво объяснять.

– Рад с вами познакомиться, господин, – с бесстрастным лицом произнёс Гир.

– Я тебя вижу! – сказал я и дотронулся рукой до своего лба.

Они переглянулись, и Оркус, пожав плечами, объяснил:

– С ним такое бывает.

– Оркус, – обратился я, – ты же у нас краснодеревщик?.. Я тут подумал, ты сможешь из дерева вырезать формы под ножи, топоры, лопаты ну и тому подобное?

– Конечно, только дай мне свой нож.

А уже через несколько часов мы открыли производственный цех... Правда, выглядело это, как взрослые парни и девушки играют с ребёнком, лепят куличики из глины, а над ними стоит синий дядька с палкой и периодически наказывает нестарательных. Ребята закладывали в деревянные формочки раствор, сверху проводили смоченной гладкой дощечкой и передавали мне, а мне оставалось лишь крепить. Ножи получались выпуклые только с одной стороны и не очень удобные, но для нас в первую очередь была важна скорость, потому что тот же рогоз люди рвали руками, чтобы сделать себе спальное место, и постоянно резали ладони. Позже Оркус принёс формочки посложнее: для топора, лопаты и другие.

Дни для меня начали сливаться в один, с утра и до вечера я выполнял одну и ту же тупую работу. Через неделю пришли охотники от Рика, их разместили, и они начали выходить на охоту. На следующий день меня позвали к переправе, но не к моему мосту, его убрали... Наверное, потом в музей поставят, для потомков, наивно подумал я... А новый мост был из толстых жердей, плотно связанных между собой, шириной в метр, и убирали его мускульной тягой... Как сказал Оркус, только на ночь, так как в ближайшей округе тварей уже не осталось. Но на всякий случай у моста дежурили пара часовых.

По ту сторону моста была группа Рика, а у их ног лежал здоровенный жрач и мирно спал... Мы кивнули друг другу. Оркус передал мне мой нож, все разошлись в стороны, я без лишних прелюдий перерезал жрачу горло... Он всхрапнул, весь затрясся и обмяк, а в меня начал втекать такой знакомый чёрный дым. Меня немного качнуло, закружилась голова. Оркус помог мне не свалиться, а потом довёл до рабочего места, и работа вновь закипела.

В течение месяца меня периодически приглашали поглотить очередную тварь. За это время что я только не укреплял: казаны, кастрюли, вёдра, серпы, кирки и многое другое. На небольшие предметы у меня уходило 2-3 объёма ядра, на что-то типа топора или кирки 5-6. Когда Оркус пришёл с предложением укрепить 300 ложек, то был послан в грубой форме.

Однажды ко мне подошёл здоровенный парень лет восемнадцати, был он без видимых изменений, просто очень большой, одна его рука была толще моей талии. В руках он держал половинку огромной чурки и со смущением представился:

– Господин, меня зовут Гор, – басовито прогудел он и положил передо мной свою ношу. – Вот, не могли бы вы зачаровать мне секиру?.. Я её отработаю, всех тварей изничтожу, клянусь! – начал он быстро тараторить, а потом посмотрел на меня глазами кота из мультика «Шрек».

– Уговорил, чертяка языкастый, – со вздохом произнёс я и начал разглядывать его поделку...