— Мы и воспитаем, коллективно, так сказать, да и рано ты его хоронишь, сам знаешь, какой он живучий.

— Да, но уже столько времени прошло, в одиночку на западном берегу, кишащем тварями, — он помотал головой.

— Эй! Идите сюда! — окликнул нас Щуп.

Когда мы спустились со стены и подошли к Щупу, оказалось, что он не один, а с ним рядом стоит Кира, вся взъерошенная и в грязи, на щеке ссадина.

— Мы их встретили, пятнадцать человек, десять копейщиков и пять лучников, — докладывала Кира, — обнаружили заранее, устроили засаду. Только в последний момент их командир что-то заподозрил и поднял тревогу, но хорошо, что с нами были ученики Пута. Со своей командой мы бы так чисто не сработали. Удалось допросить выживших. Сейчас у барона всего меньше пятисот воинов, у нескольких из них ранг выше десятки, остальные низкоранговые. Но самый опасный из них — это сир барона, по прозвищу Камень. Он из наших, в смысле мод, вот только полностью скрыт под металлическим доспехом, и святители чистоты на это закрывают глаза. Про самого Камня ходит множество слухов, что он кровожадный психопат с нездоровыми пристрастиями. Также рассказали, что если они не вернутся назад, то тогда к нам пошлют этого Камня со всем войском, и он от нас мокрого места не оставит.

— А через сколько времени пошлют, не расспросили? — поинтересовался Оркус.

— Максимум через три дня, — ответила Кира.

— А не мало пятьсот воинов для города? — с сомнением произнёс я.

— Нормально, для города с десятитысячным населением. Просто во время гона охотники с деревень тоже взбираются на городские стены, и тогда количество защитников удваивается, ну и баронство Барабер далеко не самое большое в империи, — ответил мне Оркус.

— Опять сделаем засаду? Или, может быть, ловушку? — спросил я.

— Не, засада не вариант, они теперь пойдут осторожно и обязательно с сенсом. А ловушку, — задумчиво почесал затылок Оркус. — Нет, тоже не подойдёт: ты, наверное, хотел выкопать что-то вроде огромной волчьей ямы. Они пустят вперёд разведку и сами растянутся по лесу, так что такой ловушкой мы всех не прихлопнем, а только потратим зря время. Проблема в том, как свалить этого Камня, с остальными, я думаю, мы справимся. Раз Камень сир, кто знает, сколько его род насобирал разных умений. Эх, где этот Рик, когда он так нужен? — вздохнул Оркус, — остаёшься только ты, девочка: у тебя способность раскалывать камни, ты как, справишься? — посмотрел он на Киру.

— Как два пальца обосать, — с улыбкой, бодро ответила она.

А я подумал про себя, что плохо влияю на местных.

Глава 39

После долгого обсуждения составили простой план. Так как нужно не дать воинам барона увидеть километровую укреплённую стену в десять метров высотой, у подножья которой вместо рва течёт быстрая река, чтобы не насторожить их, потому что, увидев такую картину, навряд ли они бросятся штурмовать стену, как говорится, голой жопой. Они попытаются поскорей отправиться к барону, чтобы ему обо всём рассказать и вернуться обратно уже с подкреплением и длинными лестницами, как минимум. Поэтому мы решили встретить их на узком месте дороги к острову одним отрядом из трёхсот копейщиков, который поведёт Оркус, его будет страховать Пут с двумя своими лучшими учениками, вооружёнными артефактными стрелами.

Второй отряд из двухсот лучников и арбалетчиков, сделав петлю, чтобы не помять растительность у обочины дороги, засядет впереди и сбоку от копейщиков, на расстоянии двухсот метров от дороги, по прикидкам этого расстояния должно хватить, чтобы сенсы обнаружили их только в последний момент, когда уже будет поздно. У них будут стрелы, смазанные сильнодействующим ядом.

Ну и третий отряд, который поведёт Гор, состоящий из пятидесяти рубак, закованных в крабью броню, должен захлопнуть мышеловку, для этого они отойдут почти до Поебушек и спрячутся в кустах, а после сигнала от наблюдателя должны будут выдвинуться вслед за войском барона, чтобы ударить им в тыл и не дать никому сбежать. У Киры же отдельная задача: она спрячется в кустах перед копейщиками и должна будет под невидимостью подобраться к Камню, на случай её провала в действие должен вступить Пут.

Меня, само собой, на операцию не взяли, всё так же аргументируя тем, что мою ценную тушку надо беречь для общего блага, и что после постройки стены я ещё успею навоеваться. От разочарования, что меня не берут на разборки, я решил, что если всё пройдёт для нас удачно и мы останемся живы, не слезу с Пиз, пока она не прокачает мне телосложение до четвёртой ступени, пусть хоть всю кожу мне исполосует, и тогда у меня будет больше аргументов в споре о моём участии.